?

Log in

No account? Create an account

О происхождении видов путем искусственного отбора

« previous entry | next entry »
сент. 22, 2005 | 10:30 pm

Максим Юрьевич Соколов, презрев Оккама, ввел недавно в обращение две относительно новых номинации "либертарий" и "фашик". ЖЖ-сообщество отозвалось предсказуемым "Он нас посчитал!" и приступило к очередному этапу пионерской игры "Зарница".

С формальной точки зрения, Максим Юрьевич не нарушал границ добросовестного применения номинативной функции языка. «Что же такое название? Отличительный знак, какой-нибудь бросающийся в глаза признак, который я делаю представителем предмета, характеризующим предмет, чтобы представить его себе в его тотальности» (Л.Фейербах). Более того, "очень часто этот признак не является главным и не выражает сущности предмета,  но языковой традицией закрепляется именно это наименование, и слово начинает жить в языке активной самостоятельной жизнью".

Но это в теории. А на практике мы имеем попытку создания предмета под броское и эмоционально окрашенное имя. Такое впечатление, что Максим Юрьевич проникся ключевым тезисом своего библейского alter ego ("В начале было Слово") и решил опробовать релевантную технологию на окормляемой пастве. Надо отдать пастве должное -- почувствовав в заявленной дихотомии некую прокрустовость, она попыталась подвергнуть критическому осмыслению вменяемые ей родовые признаки. Однако, отстроенная система опознавания "свой-чужой" вблизи сильно заряженного диполя "фашики-либертарии" стала давать ощутимые сбои, и дело закончилось банальным базаром.

Что, впрочем, не смутило Максима Юрьевича. Дабы сделать мнимое сущим, он приписал одной из мнимостей весьма характерный атрибут: Для фашиков смерть совершенно десакрализована, и глумление над только что усопшим -- в порядке вещей. Последовавшая дискуссия показала, что эта попытка вдохнуть в Голема жизнь восходит, скорее, к опыту болонского профессора Гальвани.

Свое отношение как к предмету упомянутой дискуссии, так и к методологии ее организации, я обозначил.  Насколько, вообще, плодотворны подобного рода лингвистические упражнения? Я уже писал о прикладной филологии по-русски. Похоже, что здесь мы имеем дело со сходной ситуацией.

Link | Leave a comment |

Comments {0}